† White & Black † |
|
|
|
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » † White & Black † » Архив тем » Флудилка намба 2
*заранее поймал руки Нейро и выпучив глаза выпалил* НЕНАДО! Я холосый и пуфыфтый кроля! *хлопает глазками в ожидании щекотной плюхи*
Тогда не говори заведомые глупости. *сел поудобнее и, наклонившись, поцеловал Дика, едва касаясь губами*
Тогда не говори заведомые глупости. *сел поудобнее и, наклонившись, поцеловал Дика, едва касаясь губами*
*Слегка приподнялся застыв на одном локте и прижал к себе паренька, также сделав ему поцелуй-укол, быстрый и едва заметный, и еще один чуть ниже, и еще, еще спускаясь вниз и отодвигая ненужную сейчас ему рубашку на плече Нея*
*Слегка приподнялся застыв на одном локте и прижал к себе паренька, также сделав ему поцелуй-укол, быстрый и едва заметный, и еще один чуть ниже, и еще, еще спускаясь вниз и отодвигая ненужную сейчас ему рубашку на плече Нея*
*прикрыл глаза, зарываясь пальцами в длинные рыжие пряди, касаясь их губами и вдыхая странный запах, напомнивший мед и корицу, горячий, даже жгучий, чувственный и подчиняющий*
*прикрыл глаза, зарываясь пальцами в длинные рыжие пряди, касаясь их губами и вдыхая странный запах, напомнивший мед и корицу, горячий, даже жгучий, чувственный и подчиняющий*
* Парень жадно вдыхал запах его кожи и неровных медвяно-русых прядей. Эгоистично жадно прижимал к себе, просто чтобы никому не дать и забрать только себе, а в голову почему-то лез аромат ванили, не настоящий, чужой призрачный и вспоминались слова песни, он самому казалось пах этой ванилью. "Могу ли я любить тебя В огне дрожащем этой ночью? Все хорошо как есть, но все же… Больше… Глубже… И губы столь умелые твои Меня с ума свести готовы. Давай растаем вместе, ведь Я…. Твоя… Ваниль…." проносилось в его голове*
* Парень жадно вдыхал запах его кожи и неровных медвяно-русых прядей. Эгоистично жадно прижимал к себе, просто чтобы никому не дать и забрать только себе, а в голову почему-то лез аромат ванили, не настоящий, чужой призрачный и вспоминались слова песни, он самому казалось пах этой ванилью. "Могу ли я любить тебя В огне дрожащем этой ночью? Все хорошо как есть, но все же… Больше… Глубже… И губы столь умелые твои Меня с ума свести готовы. Давай растаем вместе, ведь Я…. Твоя… Ваниль…." проносилось в его голове*
*Отгоняет припоминающиеся против воли почти бессвязные строчки из забытого давно стихотворения "Смешались небо, рай и ад, И нет уже пути назад. Остался дым и шелест тени Оков желаемого плена", перебирая пальцами мягкие пряди и едва не падая из-за закружившейся от жгущего все внутри запаха, заставлявшего последние остатки воли и и без того шаткого разума спешно бить тревогу и скрываться где-то далеко, на краю сознания*
*Отгоняет припоминающиеся против воли почти бессвязные строчки из забытого давно стихотворения "Смешались небо, рай и ад, И нет уже пути назад. Остался дым и шелест тени Оков желаемого плена", перебирая пальцами мягкие пряди и едва не падая из-за закружившейся от жгущего все внутри запаха, заставлявшего последние остатки воли и и без того шаткого разума спешно бить тревогу и скрываться где-то далеко, на краю сознания*
*"вынырнул" сделал вдох и снова окунулся в море, практически машинально срывая рубашку с парнишки. Проводя ногтями по его спине и оставляя свой след на ней, спускается ниже, отодвигает лишнюю ткань, чтобы ближе, целеее, эгоистичней, себе. Обрывки мыслей сознания, все уже не важно, просто продолжать еще дальше еще необузданней, еще более дико*
*"вынырнул" сделал вдох и снова окунулся в море, практически машинально срывая рубашку с парнишки. Проводя ногтями по его спине и оставляя свой след на ней, спускается ниже, отодвигает лишнюю ткань, чтобы ближе, целеее, эгоистичней, себе. Обрывки мыслей сознания, все уже не важно, просто продолжать еще дальше еще необузданней, еще более дико*
*выгнулся дугой, откидывая назад голову и тихо зашипев-застонав, глядя, как перед глазами вспыхивают неестественно яркие блики света, и все ближе стараясь прижаться к Дику, словно в нем сейчас был единственный смысл существования подростка*
*выгнулся дугой, откидывая назад голову и тихо зашипев-застонав, глядя, как перед глазами вспыхивают неестественно яркие блики света, и все ближе стараясь прижаться к Дику, словно в нем сейчас был единственный смысл существования подростка*
*Впился губами в гибкое тело, до крови вжимая острые ногти притягивал его к себе, провел еще ниже слегка царапнув кожу под тканью и вместе с тем пытаясь снять и ее. Убрать все что лишнее, все, что мешает, и с него и с себя, Срывая с себя кофту, лишь на несколько мгновений оторвавшись от Нейро и снова соединившись, ближе сильнее.*
*Впился губами в гибкое тело, до крови вжимая острые ногти притягивал его к себе, провел еще ниже слегка царапнув кожу под тканью и вместе с тем пытаясь снять и ее. Убрать все что лишнее, все, что мешает, и с него и с себя, Срывая с себя кофту, лишь на несколько мгновений оторвавшись от Нейро и снова соединившись, ближе сильнее.*
*одурманенный мозг отрывочно отметил, что по спине течет горячая вязкая жидкость и что это вновь, если судить про пробившемуся сквозь мед и корицу металлическому запаху и боли, мучительно-сладкой от бьющего по венам удовольствия и возбуждения. Руки безвольно опали с волос на плечи, гладя их в неясно-рваном ритме*
*одурманенный мозг отрывочно отметил, что по спине течет горячая вязкая жидкость и что это вновь, если судить про пробившемуся сквозь мед и корицу металлическому запаху и боли, мучительно-сладкой от бьющего по венам удовольствия и возбуждения. Руки безвольно опали с волос на плечи, гладя их в неясно-рваном ритме*
*неведомо как, но он все же избавился от всего"лишнего", избавил обоих. Руки словно не свои. они сами беспорядочно, но неприменно сильно и прижимая ближе к раскаленному телу. Волосы рыжим вулканом везде и ничего не видно из-за них. Губами выше выше. в другим мягким спелым вишням, за вдохом, за спасительным глотком воздуха, но и он обжигает прохладой огня.*
Отредактировано Dick (2010-07-09 20:33:43)
*неведомо как, но он все же избавился от всего"лишнего", избавил обоих. Руки словно не свои. они сами беспорядочно, но неприменно сильно и прижимая ближе к раскаленному телу. Волосы рыжим вулканом везде и ничего не видно из-за них. Губами выше выше. в другим мягким спелым вишням, за вдохом, за спасительным глотком воздуха, но и он обжигает прохладой огня.*
*скользит дрожащими пальцами по плечам и груди, аккуратно, словно боясь обжечься, и жадно, почти до боли кусая и целуя раскрасневшиеся до винного оттенка губы, словно вызывая, дерзко и легко одновременно, затем на мгновение отстраняясь и едва касаясь кончиком языка губ, чтобы через секунду вновь вовлечь юношу в новый поцелуй*
*скользит дрожащими пальцами по плечам и груди, аккуратно, словно боясь обжечься, и жадно, почти до боли кусая и целуя раскрасневшиеся до винного оттенка губы, словно вызывая, дерзко и легко одновременно, затем на мгновение отстраняясь и едва касаясь кончиком языка губ, чтобы через секунду вновь вовлечь юношу в новый поцелуй*
*он теряется во времени в пространстве все единое целове, все это мир и мир это они. Странное ощущение и палящий жар, и жарче от поцелуев, но без них, на каждые мгновенья промедления, на каждое отстранение, задыхается словно без кислорода в вакууме или в воде, разъедающе соленой и тягучей и вновь впривается в нежные вишни, за спасительным глотком жара, чувствует как уже до крови натянуты треснувшие от жера губы и железисто соленый вкус заполняет поцелуй, но он не обращает внимания. Руками спускается вниз отсавляя отпечатки прикосновений на раскаленной коже, ниже жинеж , без осторожностей впивается в нежную кожу ягодиц парнишки.*
*он теряется во времени в пространстве все единое целове, все это мир и мир это они. Странное ощущение и палящий жар, и жарче от поцелуев, но без них, на каждые мгновенья промедления, на каждое отстранение, задыхается словно без кислорода в вакууме или в воде, разъедающе соленой и тягучей и вновь впривается в нежные вишни, за спасительным глотком жара, чувствует как уже до крови натянуты треснувшие от жера губы и железисто соленый вкус заполняет поцелуй, но он не обращает внимания. Руками спускается вниз отсавляя отпечатки прикосновений на раскаленной коже, ниже жинеж , без осторожностей впивается в нежную кожу ягодиц парнишки.*
*до боли впился ногтями в горячую, обжигающую кожу, едва ли не чувствуя, как под ногтями, касаясь кончиков пальцев, начинает набухать кровь, и все время отстраненной мыслью мелькает, что сейчас по всему телу пойдут ожоги от безумного, беспощадного и такого живительного жара второго тела, что хочется застонать в голос, закричать, срывая голос до хрипоты, втереться под кожу, заставить время тянуться бесконечно долго, чтобы успеть оставить в памяти, отпечатать каждое мгновение рядом раскаленным железом, так напоминающем сильные и требовательные объятья, оставить свою метку, чтобы никто не смел даже прикоснуться к тому, кто сейчас нужен больше, чем какой-то там воздух. Кто сказал, что он нужен для жизни, этот кислород? Сейчас он ни к чему.*
А у нас пошли полноценные яойные посты)))*ржет*
*до боли впился ногтями в горячую, обжигающую кожу, едва ли не чувствуя, как под ногтями, касаясь кончиков пальцев, начинает набухать кровь, и все время отстраненной мыслью мелькает, что сейчас по всему телу пойдут ожоги от безумного, беспощадного и такого живительного жара второго тела, что хочется застонать в голос, закричать, срывая голос до хрипоты, втереться под кожу, заставить время тянуться бесконечно долго, чтобы успеть оставить в памяти, отпечатать каждое мгновение рядом раскаленным железом, так напоминающем сильные и требовательные объятья, оставить свою метку, чтобы никто не смел даже прикоснуться к тому, кто сейчас нужен больше, чем какой-то там воздух. Кто сказал, что он нужен для жизни, этот кислород? Сейчас он ни к чему.*
*Острые уколы нового жара и такой приятной освежающей и придающей силы боли. Снова хочется еще, сильнее, больше, глубже, ближе, пусть даже уязвимей. Пальцы спускаются еще ниже, Он садит Нея себе на колени, так удобней и продолжает покрывать его ожогами поцелуев оставляя на его пылающей коже бледно красный след разбитого поцелуя, пахнущий жестким раскаленым железом. Пальцы на автомате делают так чтобы было не больно попасть внутрь, а кровавые вишни губ вновь впиваются в другие сладкие, следовательно уже не вишни вовсе а спелые черешни вишнево красные и сладко мягкие, другие пальцы путаются в осеченных неровных волосах медвяно-русых и режущих на свет яркой медью. Круговоротом все вокруг и все внутри единым круговоротом*
Зато сколько удовольствия))) Походу, во флудилку теперь народ заглядывать не будет. А если заглядывать - то краснеть. Впрочем, после тысячи сообщений придется создавать новую тему.
*Острые уколы нового жара и такой приятной освежающей и придающей силы боли. Снова хочется еще, сильнее, больше, глубже, ближе, пусть даже уязвимей. Пальцы спускаются еще ниже, Он садит Нея себе на колени, так удобней и продолжает покрывать его ожогами поцелуев оставляя на его пылающей коже бледно красный след разбитого поцелуя, пахнущий жестким раскаленым железом. Пальцы на автомате делают так чтобы было не больно попасть внутрь, а кровавые вишни губ вновь впиваются в другие сладкие, следовательно уже не вишни вовсе а спелые черешни вишнево красные и сладко мягкие, другие пальцы путаются в осеченных неровных волосах медвяно-русых и режущих на свет яркой медью. Круговоротом все вокруг и все внутри единым круговоротом*
*Где-то внутри неровно стучит сердце, то срывая бешеный темп, то пропуская удары и распространяя по телу вспышки боли, а грудь сдавливает колючим обручем нехватки воздуха. Пьянящие поцелуи давно снесли крышу настолько верно, что не хочется верить, что когда-то было иначе. В голове и висках нервно, болезненно и быстро бьется о стенки сосудов кровь, толкая все ближе к рыжему огню, в полную власть которого попал неосторожный мотылек, рискнувший приблизиться к испепеляющему пламени и опаливший крылья, и все же упрямо стремящийся к своему невыносимо притягательному искушению. По пальцам и телу раз за разом катятся волны неудержимой дрожи, лихорадящей тело, жаждущее и завывающее от восторга прикосновений и поцелуев так громко, что сдержаться и не застонать кажется худшим мучением из всех возможных, даже тогда, когда губы впиваются в отравленный сладкий винный мед других губ, желая никогда больше не прерывать столь сладостную муку*
*Где-то внутри неровно стучит сердце, то срывая бешеный темп, то пропуская удары и распространяя по телу вспышки боли, а грудь сдавливает колючим обручем нехватки воздуха. Пьянящие поцелуи давно снесли крышу настолько верно, что не хочется верить, что когда-то было иначе. В голове и висках нервно, болезненно и быстро бьется о стенки сосудов кровь, толкая все ближе к рыжему огню, в полную власть которого попал неосторожный мотылек, рискнувший приблизиться к испепеляющему пламени и опаливший крылья, и все же упрямо стремящийся к своему невыносимо притягательному искушению. По пальцам и телу раз за разом катятся волны неудержимой дрожи, лихорадящей тело, жаждущее и завывающее от восторга прикосновений и поцелуев так громко, что сдержаться и не застонать кажется худшим мучением из всех возможных, даже тогда, когда губы впиваются в отравленный сладкий винный мед других губ, желая никогда больше не прерывать столь сладостную муку*
* оторвал себя от огня на несколько мгновений, чтобы сохранить остатки чести и не предать свою чертову прывычку, осторожно касаясь заветного.. нынешней цели, дыханием ожогом на ухо, с силой заставляя себя сдержаться и не напасть вновь на гибкое стройное тело* можно? *вопрос-укус, слегка нажал пальцем указывая направление вопроса. Дыхание рвет кислородом грудь и кажется что скоро внутри рванет атомная бомба, но он ждет маленького простого слова иначе просто не позволит себе продолжать и заходить за поставленные кем-то ракки давно сломанные в его сознании*
Отредактировано Dick (2010-07-09 21:57:32)
* оторвал себя от огня на несколько мгновений, чтобы сохранить остатки чести и не предать свою чертову прывычку, осторожно касаясь заветного.. нынешней цели, дыханием ожогом на ухо, с силой заставляя себя сдержаться и не напасть вновь на гибкое стройное тело* можно? *вопрос-укус, слегка нажал пальцем указывая направление вопроса. Дыхание рвет кислородом грудь и кажется что скоро внутри рванет атомная бомба, но он ждет маленького простого слова иначе просто не позволит себе продолжать и заходить за поставленные кем-то ракки давно сломанные в его сознании*
*сквозь стучащую по мозгу кровь и заволокшую все пелену красновато-жгущего тумана до слуха донесся вопрос, на миг поставивший в недоумение и без того достаточно разгоряченное сознание, а затем ощущение пальцев, проясняющих смысл вопроса, едва не насмешили взбудораженного парня. Для ответа пришлось напрягать до этого усиленно расслабляемые хозяином связки, так что из пересохшего, саднящего горла вырвался хриплый полушепот-полустон* да... *по опыту дворовой жизни, хотя бы и не своему, зная, что будет дальше, заставил напряженные, обожженные близостью к источнику пламени мышцы максимально расслабиться, иначе... что будет иначе, юноша предпочел не думать, ибо в такой момент любой мыслительный процесс вызывал почти физическую боль*
*сквозь стучащую по мозгу кровь и заволокшую все пелену красновато-жгущего тумана до слуха донесся вопрос, на миг поставивший в недоумение и без того достаточно разгоряченное сознание, а затем ощущение пальцев, проясняющих смысл вопроса, едва не насмешили взбудораженного парня. Для ответа пришлось напрягать до этого усиленно расслабляемые хозяином связки, так что из пересохшего, саднящего горла вырвался хриплый полушепот-полустон* да... *по опыту дворовой жизни, хотя бы и не своему, зная, что будет дальше, заставил напряженные, обожженные близостью к источнику пламени мышцы максимально расслабиться, иначе... что будет иначе, юноша предпочел не думать, ибо в такой момент любой мыслительный процесс вызывал почти физическую боль*
*Ответ сухой шелест жженой бумаги, Улыбка-оскал, улыбка укол, и железно-красный поцелуй глубоко и неистово, мгновение и там.. и больше без колебаний впиваясь во вьющееся под руками тело, впиваясь всем чем можно впиться сейчас, прижимая к себе с силой словно бы необходимой для слияния каждого атома в единое целое. А там, еще жарче и еще мучительней от близости.. Под ногтями рвет кожу вкровь и черешни губы мелькают в такт ровному движению и рваному ритму вздохов.*
*Ответ сухой шелест жженой бумаги, Улыбка-оскал, улыбка укол, и железно-красный поцелуй глубоко и неистово, мгновение и там.. и больше без колебаний впиваясь во вьющееся под руками тело, впиваясь всем чем можно впиться сейчас, прижимая к себе с силой словно бы необходимой для слияния каждого атома в единое целое. А там, еще жарче и еще мучительней от близости.. Под ногтями рвет кожу вкровь и черешни губы мелькают в такт ровному движению и рваному ритму вздохов.*
*крик, мучительный, рвущий горло и срывающий голосовые связки, оставляя только невнятный, едва слышный шепот и болезненные стоны смешавшихся боли и удовольствия. Где-то на периферии сознания мелькнуло сожаление о принадлежности не к тому полу, в ту же секунду сметенное ураганом ощущений и дикими ветрами эмоций. Остается лишь покрепче обнять за шею, чтобы хоть на секунду ощутить реальность мира, и не обращать внимания, как кажущиеся раскаленным жидким железом слезы текут по щекам, потом пропадая из ощущений как ненужные и неважные*
*крик, мучительный, рвущий горло и срывающий голосовые связки, оставляя только невнятный, едва слышный шепот и болезненные стоны смешавшихся боли и удовольствия. Где-то на периферии сознания мелькнуло сожаление о принадлежности не к тому полу, в ту же секунду сметенное ураганом ощущений и дикими ветрами эмоций. Остается лишь покрепче обнять за шею, чтобы хоть на секунду ощутить реальность мира, и не обращать внимания, как кажущиеся раскаленным жидким железом слезы текут по щекам, потом пропадая из ощущений как ненужные и неважные*
*острые холодные капли врывают обратно в сознание, но не заставляют остановиться. Парень прижимает парнишку к себе поцелуями пробегая по дорожкам соли на щеках Нея, перебираясь на шею. теперь не столь дико и беспорядочно, одна рука заключает в кольцо уже его плоть продолжая общий такт, чтобы снова в единое целое. Ногти продолжают оставлять следы на израненной уже спине мальчишки. О такт продолжает повторять снова ускоряющееся сердцебиение, и снова нестерпимый жар и кровавые вишни ищут прорые створки-черешни, напрывают проникают внутрь, сплетая оба тела в одно .. везде.*
*острые холодные капли врывают обратно в сознание, но не заставляют остановиться. Парень прижимает парнишку к себе поцелуями пробегая по дорожкам соли на щеках Нея, перебираясь на шею. теперь не столь дико и беспорядочно, одна рука заключает в кольцо уже его плоть продолжая общий такт, чтобы снова в единое целое. Ногти продолжают оставлять следы на израненной уже спине мальчишки. О такт продолжает повторять снова ускоряющееся сердцебиение, и снова нестерпимый жар и кровавые вишни ищут прорые створки-черешни, напрывают проникают внутрь, сплетая оба тела в одно .. везде.*
*новый вдох, смешанный с хриплым стоном, и вот уже такое чувство, что по телу в рвано-лихорадочном ритме бегут странные мурашки, а в под веками вспыхивают то ли огни, то ли судорожные феерверки, рассыпаясь по сознанию болезненными осколками из ощущений и воспоминаний. Та самая острая, раздирающая и яростная боль, из-за которой горло теперь лишь сипело, сменилась лишь легким, хоть и непонятным жжением, смешанным с диковинным, новым и невообразимо ярким удовольствием, мешающимся с крупицами иголочно-острой боли, лишь оттеняя и усиливая все краски испытываемого наслаждения. Полное единение, и уже нет мира, нет ничего вокруг, только стук крови, своей ли, не своей, два заболевших, ищущих лекарство друг в друге, хотя его нет, в чем мальчишка уверен. Кажется, что оторваться невозможно, даже если пропоют трубы архангелов и возвестят Апокалипсис. К акума в выхлопную на это. Это не важно. Важно сейчас совсем другое...*
*новый вдох, смешанный с хриплым стоном, и вот уже такое чувство, что по телу в рвано-лихорадочном ритме бегут странные мурашки, а в под веками вспыхивают то ли огни, то ли судорожные феерверки, рассыпаясь по сознанию болезненными осколками из ощущений и воспоминаний. Та самая острая, раздирающая и яростная боль, из-за которой горло теперь лишь сипело, сменилась лишь легким, хоть и непонятным жжением, смешанным с диковинным, новым и невообразимо ярким удовольствием, мешающимся с крупицами иголочно-острой боли, лишь оттеняя и усиливая все краски испытываемого наслаждения. Полное единение, и уже нет мира, нет ничего вокруг, только стук крови, своей ли, не своей, два заболевших, ищущих лекарство друг в друге, хотя его нет, в чем мальчишка уверен. Кажется, что оторваться невозможно, даже если пропоют трубы архангелов и возвестят Апокалипсис. К акума в выхлопную на это. Это не важно. Важно сейчас совсем другое...*
*Апогей чувств, апогей эмоций, действа, Все быстрей и быстрей, буквально вбиваясь в трепещущеее от сочетания всего тело. Он слышит собственный вздох-стон и топит его в укусе-поцелуе. Словно зверь впивается в тончайшую как сейчас кажется нею, оставляя след и слыша еле различымый не опасный но пугающе-приятный хруст жил поз зубами. Яркие отблески ощущений,. и снова словно вбивается, продолжая движения и выжидая когда апройдет апогей и наступит преле обоих тел.*
*Апогей чувств, апогей эмоций, действа, Все быстрей и быстрей, буквально вбиваясь в трепещущеее от сочетания всего тело. Он слышит собственный вздох-стон и топит его в укусе-поцелуе. Словно зверь впивается в тончайшую как сейчас кажется нею, оставляя след и слыша еле различымый не опасный но пугающе-приятный хруст жил поз зубами. Яркие отблески ощущений,. и снова словно вбивается, продолжая движения и выжидая когда апройдет апогей и наступит преле обоих тел.*
*полустон-полувсхлип, возможно, даже крик, если б было чем кричать и были бы хоть какие-то силы, опустошающий водоворот, втягивающий внутрь, в глубокую, кипящую бездну, уже и боли нет, она растворилась где-то там, дезориентированный и доведенный до исступления подросток уже не различает ни небо, ни землю, только то, что он сидит сверху на Дике, обхватив его руками и ногами, и чувствует его руки, а еще что-то случилось с шеей, хотя и непонятно, что именно, по ней течет кровь, но он еще может шевелить головой, значит, ничего особенного. Вспышки все ярче, они уже ощутимы физически, волнами жара подхватывая тело и вновь бросая его, только телу, хотя и доведенному почти до предела, хочется еще*
*полустон-полувсхлип, возможно, даже крик, если б было чем кричать и были бы хоть какие-то силы, опустошающий водоворот, втягивающий внутрь, в глубокую, кипящую бездну, уже и боли нет, она растворилась где-то там, дезориентированный и доведенный до исступления подросток уже не различает ни небо, ни землю, только то, что он сидит сверху на Дике, обхватив его руками и ногами, и чувствует его руки, а еще что-то случилось с шеей, хотя и непонятно, что именно, по ней течет кровь, но он еще может шевелить головой, значит, ничего особенного. Вспышки все ярче, они уже ощутимы физически, волнами жара подхватывая тело и вновь бросая его, только телу, хотя и доведенному почти до предела, хочется еще*
* все несется и все быстрее и быстрее так, что он уже и сам забывает кто где и зачем, теплая кровь пьянит еще сильнее. Он снова находит, почти вслепую находит губы Нейро и делится этим пьяным кровяным вкусом. Быстрее, еще и еще и.. конец, дальше нельзя предел, конец. Еще вверх и вниз, словно по инерции, обе руки прижимают мальчишку к себе, чувсвтвуя взмокшее и казалось вымотанное тело с бархатное израненной когтями кожей, Все остановилось.Приподнимает и просто садит на колени. Поезд приехал, конечная станция. Дик уткнувшись в плечо Нею, просто смотрит в никуда пустым взглядом и прижимает парнишку к себе, потому что сейчас начинает кусать ледяной холод*
- И куда только Аллен смотрит? Стоило вас тут оставить одних, как тут же начали... впрочем, это и похвально... быстрые мальчики... - проговорил с еле видной усмешкой Комуи, бесшумно передвигаясь и усаживаясь на подоконник с кружкой кофе, одновременно кутаясь в одеяло.
- Никто не видел мою Линали? и Аллен-куна? Ой, я вам, наверное, помешал? Прошу простить... просто делать нечего... - произнес он, даже не бросая взглядов в сторону парней, а глядя куда-то далеко-далеко. "Кросс-генси, где вы?!"
Да таки, я порядочная сволочь, которая прерывает такой чудный яой ^+^
* все несется и все быстрее и быстрее так, что он уже и сам забывает кто где и зачем, теплая кровь пьянит еще сильнее. Он снова находит, почти вслепую находит губы Нейро и делится этим пьяным кровяным вкусом. Быстрее, еще и еще и.. конец, дальше нельзя предел, конец. Еще вверх и вниз, словно по инерции, обе руки прижимают мальчишку к себе, чувсвтвуя взмокшее и казалось вымотанное тело с бархатное израненной когтями кожей, Все остановилось.Приподнимает и просто садит на колени. Поезд приехал, конечная станция. Дик уткнувшись в плечо Нею, просто смотрит в никуда пустым взглядом и прижимает парнишку к себе, потому что сейчас начинает кусать ледяной холод*
*вкус крови после поцелуя, опустошающая волна, заставившая стонать единственное имя, оставшееся в этот момент в голове, и ужасающая слабость, словно весь мир грохнулся разом на плечи и давит своей тяжестью. Где-то внутри еще осталось что-то теплое, приятно теплое, а пьяный, словно от вина, жар постепенно уходит, сменяясь нежностью и успокоением. Вот только тяжесть мира такова, что мальчик бы уже съехал вниз, если б не руки Дика, поддерживающие лишившуюся веревочек куклу в таком положении. Даже руки поднять невыполнимая задача, даже если нужно чем-то вытереть кровь с шеи, еще струящуюся из укуса, и прикрыть рану, чтобы она остановилась*
Да таки, я порядочная сволочь, которая прерывает такой чудный яой ^+^
Не до вас счас, Комуи-сан))) Аллен... придет, развлечется на ночь))) А сволочь вы, однако, все-таки беспорядочная! Уж извините)))
Кста, ни-сан, готовься переходить в новую тему, эта скоро жить долго прикажет)))
*вкус крови после поцелуя, опустошающая волна, заставившая стонать единственное имя, оставшееся в этот момент в голове, и ужасающая слабость, словно весь мир грохнулся разом на плечи и давит своей тяжестью. Где-то внутри еще осталось что-то теплое, приятно теплое, а пьяный, словно от вина, жар постепенно уходит, сменяясь нежностью и успокоением. Вот только тяжесть мира такова, что мальчик бы уже съехал вниз, если б не руки Дика, поддерживающие лишившуюся веревочек куклу в таком положении. Даже руки поднять невыполнимая задача, даже если нужно чем-то вытереть кровь с шеи, еще струящуюся из укуса, и прикрыть рану, чтобы она остановилась*
* Осторожно тянется к вещам и, сначала подбирая бандану прикладывает ее к шее Нея, берет его руку и, кладет поверх нее, чтобы тот хоть и слабо, но держал "повязку". Поверх накидывает его же рубашку, чтобы он не замерз, а себе на плечи свой плащ* Ты как?* голос с хрипотцой, непослушный, словно чужой. Снова улыбка угол, и легкий поцелуй в щеку Нейро. Прижимает парнишку к себе и осторожно встает, ноги ощущают прохладный пол, и легкую тяжесть подростка, кривая ухмылка, несколько шагов и падение в мягкое кресло возле камина, Дик осторожно прижимает Нейро к себе и, положив одну руку поверх его прижимает свю бандану-повязку*
Лан я баиньки.Neyro Blackmoor
Komui Lee
Приятно оставаться *улыбнулся*
Dick
Приятных) и до скорого)
Neyro Blackmoor
*улыбнулся* ну, хоть этот факт никто не оспаривает... Хотя нет, почему же беспорядочная.. очень даже порядочная, кого попало не яоим, ну, естественный хентай-инцест не считаем) с Возвращением, кстати)
Вы здесь » † White & Black † » Архив тем » Флудилка намба 2
